Новости
Дорога, граница
Рекламодателям
Конкурсы и акции
Календарь событий
Финляндия в Петербурге
Размещение / Бронирование
О нас
Туры
Недвижимость
О Финляндии
Вопрос-Ответ
Покупки, скидки
Читальный зал
Города
Партнеры
Архив журнала
Подписка на журнал

Архив журнала

Архив конкурсов

Карельские коробейники

Тема: История  

Журнал No: 7 (53)


В XIX веке внутренняя торговля Карелии практически не развивалась, главным образом из-за бездорожья. До конца 1920-х годов население летом пользовалось тропами, а зимой – санными путями. В результате карелы вынуждены были заниматься отхожими промыслами.

В приграничных с Финляндией районах – Олонецкой и Архангельской губерниях – наряду с ярмарками существовала так называемая разносная торговля. Местных жителей она избавляла от далеких и трудных поездок в города, да и финнам покупать у коробейника оказывалось выгоднее: товар был дешевле ярмарочного и его можно было обменять на другой. Не последнюю роль сыграла языковая и этнокультурная близость северных карел и финнов, позволявшая торговцам легко общаться с покупателями.

В Финляндии продавали хлеб, муку, ткани, иголки, зеркала, товары текстильного производства: хлопок, лен, шелк, сукно, ситец. Назад выгодно было везти пушнину, чай, кофе, шведские вина, ром.
Для многих разносная торговля служила источником дополнительного дохода, но для кого-то она была единственной возможностью выжить. Довольно активно торговали и русские, и финские жители приграничья.

Но если на севере Финляндии занятие коробейным промыслом было актуальным для низших слоев населения, таких, как торпари, батраки, слуги, то в Архангельской и Беломорской Карелии в торговый процесс были вовлечены и малоимущие, и зажиточные крестьяне. Первые занимались промыслом, чтобы свести концы с концами, вторые – для дальнейшего обогащения, с перспективой выйти из крестьянского сословия и переехать на жительство в Финляндию. Крестьяне-середняки, имевшие небольшой, но стабильный доход от своего хозяйства, участвовали в разносной торговле менее охотно.

Страна Суоми притягивала не только бедняков. Возможность найти работу в Княжестве обусловила отходничество из Беломорской Карелии на рубеже XIX–XX веков. По свидетельству современника, «мужчины идут в Финляндию для разносной торговли, но многие нанимаются на фабрики, рудники, мастерские, на вырубку и сплав леса, нанимаются на сельскохозяйственные работы. Женщины, а более девушки, идут в услужение, в швейные мастерские и другие заведения, допускающие женский труд.

Мальчишки лет от десяти и старше идут для того, чтобы просто не есть зиму хлеб, а прокормиться на стороне работой или просто попрошайничеством… Зимой домашних работ мало, а летом много, поэтому карелы живут летом дома, а на зиму уходят в Финляндию».
Исследователь Русского Севера М.И. Бубновский, побывавший в Беломорской Карелии накануне Первой мировой войны, в своих воспоминаниях подчеркивал огромную роль Финляндии для приграничных волостей края: «Житница Карелии – ее золотое дно Финляндия».

Прибыточный промысел
В газете «Московские ведомости» за 1891 год таким был представлен образ коробейника: «С юного возраста надевают они сумы с дешевым товаром (ситцы, платки, нитки, пуговицы и проч.) и по тропам, протоптанным предками, проникают в отдаленнейшие от больших дорог места», снабжая их население необходимыми предметами домашнего обихода, покупая в то же время товары для себя. Товары переносили в высоких кожаных или изготовленных из прочного полотна сумках либо в мешке. Потенциальными коробейниками являлись мужчины в возрасте от 15 до 60 лет.

Техника ведения торговли заключалась в следующем. Образовывались предпринимательские союзы или кооперативы, включавшие в себя до десяти человек. Часть их членов отправлялась в Москву или Петербург за товаром, который затем перепродавали за границей. Прибыль получал каждый, кто входил в кооператив. Существовал и другой вариант: один из зажиточных карел, закупив в Москве или Петербурге товар, вез его в соседнюю Финляндию и там сбывал (с 20-процентной наценкой) прибывшим на промысел торговцам для последующей перепродажи в деревнях.

В начале ХХ века в ассортименте ввозимых товаров происходят некоторые изменения: значительно увеличивается доля изделий химической (например, различные красители), металлургической (сельскохозяйственный инвентарь, слесарные инструменты) и текстильной промышленности. Что касается ассортимента тканей, то для этого периода характерно вытеснение грубых, возможно домашней выработки, тканей более легкими изделиями фабричного изготовления – такими, как шелк, лангот, коленкор. Особой статьей ввоза стали спички и табачные изделия.

Торговцы «вне закона»
В Финляндии карел стали называть коробейниками достаточно поздно. (Впервые этот термин встречается в некоторых отчетах кемского исправника губернатору г. Архангельска на рубеже XIX–XX веков.) Финны прозвали их laukkuryssä, или reppu-ryssar (русские мешочники). В устах народа reppu-ryssar звучит с некоторой симпатией, а вот ленсманы (полицейские) слово ryssar произносили с нарочитым ударением на первом слоге. Озлобление служителей закона понятно: они постоянно охотились за reppu-ryssar – русскими, ведущими запретную торговлю.

Дело в том, что для ведения разносной торговли на приграничной территории как финские, так и карельские крестьяне должны были получать у местных властей особые свидетельства – документы. Большая часть крестьян покупала свидетельства на срок до полугода, в основном на зимний период времени. Это и понятно: лето – пора сельскохозяйственных работ. В неурожайные годы правительство разрешало выдавать бесплатные паспорта и билеты крестьянам голодающих губерний, чтобы те сами находили заработок в других местах.

В целом торговые отношения Империи и Княжества регулировались утвержденными императором положениями, которые являлись по существу русско-финляндскими торговыми тарифами. На протяжении XIX века было выработано несколько таких тарифов, однако это не означало, что торговые операции велись по правилам. Многие крестьяне продолжали уходить на промысел, не имея разрешающих документов. За нарушение закона в первый раз торговец-разносчик лишался всего товара, при этом сумма конфискованного делилась на три равные части – между доносителем, королевской казной и ближайшей богадельней. Если торговец «попадался» во второй раз, то у него не только изымался товар, но и назначался штраф в 20 талеров.

Бывали случаи, когда сами местные власти покрывали незаконную торговлю коробейников. Так, 18 февраля 1863 года мещанин Меншиков и крестьянин Мартынов, отправленные лесничим выяснить причину появления дыма между деревнями Вокнаволок и Каменное озеро, увидели на дороге от Вокнаволока крестьян с контрабандными товарами – Емельяна Кондратьева Федотова из деревни Ухты и Тимофея Семенова Грангрутова из деревни Чикша-озеро.

На вопрос о происхождении товара коробейники ответили, что везут его из Финляндии и поджидают ночи, чтобы доставить в свои деревни. Но, видя неблагожелательную реакцию вопрошающих, поспешили ретироваться, бросив все на месте. Меншиков с Мартыновым положили «трофеи» в свои сани и привезли в Вокнаволок к приставу.

Однако пристав повернул дело так, будто Федотов и Грангрутов просто нашли товар, но не смогли выяснить, как его переправить на таможню, а сами якобы вернулись из Финляндии два дня назад с одними сумками. За крестьян поручились к тому же Архип и Аким Пяллиевы, Никифор Митрофанов и Иона Пардуев. Кемский суд решил: «…поскольку провозившими из Финляндии товар их никто не видел и на ночлегах тоже никто не замечал… Ничем не доказывается факт собственности их товаров, а потому – их освободить, а товар конфисковать».

Должники поневоле
В 1908 году кемский исправник докладывал губернатору г. Архангельска, что «…карелы берут в долг, не возвращают, а потом боятся показываться в Финляндии».
Будучи по торговым делам в Финляндии, в начале 1824 года крестьянин из деревни Юшкозеро Федор Мякушкин занял у Густава Бергбома, улеаборгского купца, 100 шведских рейхсталеров, о чем была составлена расписка. Вернувшись домой, весной того же года Мякушкин скоропостижно скончался. Через несколько месяцев в Кемский суд поступила расписка и требование губернатора вернуть деньги.

Проведенное судом расследование показало, что после смерти Федора в семье остались жена, сын и четыре дочери, которые «ровно не имеют имения кроме нужного по крестьянству». Ссылаясь на бедственное положение родственников Мякушина, Кемский суд отослал документы в правление с просьбой не выплачивать долг. Подобного рода ситуаций по архивным документам можно проследить множество.

В бегах
Коробейникам грозил суд и взыскание долговых денег не только на родине, но и в Финляндии. За ведение запрещенной сельской торговли коробейников судили в Ратгаузских судах. Среди выдвигаемых обвинений наиболее частыми были: «контрабанда», «торговля купеческими товарами», «бродяжничество» и т.д. Доставка коробейников на заседания судов и взыскание штрафов были делом нелегким.

Крестьяне часто прятались от ответственности за незаконную торговлю в… самой Финляндии, а бумаги «ходили» за ними по нескольку лет. Например, 12 августа 1861 года Улеаборгская канцелярия просила вызвать в г. Торнео крестьянина деревни Ухта Ивана Тиханова для ответа в суде по делу «о привозе им недозволенных товаров и производимой с Иваном Андроновым и Василием Пяллиевым уездной торговли». На что Архангельское правление сообщало о невозможности принять меры к высылке, так как Тиханов «…в начале августа убыл с годовым паспортом в Финляндию».

Контрабанда
Еще один интересный случай произошел в 1911 году, когда чинами кемского отряда пограничной стражи унтер-офицером Тютюкиным и стражником Ильиным при провозе контрабандных товаров был задержан житель Тунгудской волости Василий Леонтьевич Сидоров. На вопрос о том, что он везет, ответил, что в санях ничего нет.

Выполнить просьбу стражников – показать, что находится в санях, – Сидоров отказался. При осмотре, учиненном Тютюкиным и Ильиным, под шкурой лося были обнаружены: два куска материи коричневого цвета с оборванными бумажными клеймами; два куска бумажной ткани розового с белым цветом; новые пиджак, жилет и брюки и один топор. Стоимость задержанных товаров была оценена в 42 руб. 36 коп. Сначала Сидоров не смог точно указать, где был приобретен товар, позднее заявил, что купил его в селе Подужемье у проезжавшего мужика (имени и фамилии не назвал).

Контрабандные товары конфисковывались у провозителя, который одновременно должен был уплатить штраф, а затем продавались с торгов. Часть вырученных денег поступала в казну, часть – в помощь инвалидам и нуждающимся, остальное – на выплаты в качестве премии задержателю контрабанды.
Из рассказа одного из reppu-ryssär: «Товар обыкновенно разносят небольшими количествами, оставляя более крупные запасы у знакомых финнов. Больших дорог стараются избегать, как и ночлегов в придорожных дворах.

Встреча с ленсманом… становится роковой: товар отбирается, и хорошо если ленсман ограничится только бранью и отпустит, а то или изобьет, или, еще того хуже, арестует, чтобы выпроводить за пределы Финляндии. Случается, отберет весь товар, иногда на сотню рублей. Бывают, однако, и послабления: подарок товаром или деньгами иногда спасает от преследований. Хотя положен штраф для финна, принимающего разносчика под крышу своего дома… но финны охотно принимают гонимого в Финляндии reppu-ryssär и прячут его от глаз сурового ленсмана».

***
Широкое развитие среди карельской крестьянской бедноты отхожих промыслов постепенно отрывало крестьян от земледелия. Для многих занятие разносной торговлей стало основным и единственным источником дохода. Уже со второй половины XIX века намечается тенденция к переселению разбогатевших в результате ведения торговых операций карел в Финляндию. Среди таковых можно назвать Афанасьевых, Митрофановых, Логиновых.

В целом же коробейничество носило, скорее, вынужденный характер, к нему обращались не как к заведомо доходному делу, позволявшему рассчитывать на значительные барыши, а как к подспорью, без которого ведение крестьянского хозяйства становилось затруднительным.
Занятие торговлей вразнос являлось достаточно опасным делом. Бывали случаи грабежа и даже убийства торговцев. Бесспорным остается тот факт, что приграничная торговля жила по своим неписаным законам. Распоряжения властей, изменения в законодательстве имели небольшой вес. Местное население руководствовалось исключительно собственным представлением о правильности и законности ведения торговых операций.


Ирина Нестерова
05.10.2005

ВКонтакт Facebook Одноклассники Twitter Яндекс Mail.Ru

© STOP in Finland 2000-2012
Любое копирование текстов с портала stopinfin.ru только с указанием прямой ссылки на источник.

ДРУГИЕ СТАТЬИ НА ТЕМУ:

Топ-6 финских мест в Петербурге

Книга, которую стоит прочесть

Турист № 1

По Финляндии с Павликом Лемтыбожем

Лапландская лихорадка

Эта старая - старая финская сказка

Перед концом света

В гости к президенту!

Огненный дождь Финляндии

Город круглых улиц

Цветы для Анны

Лучшие эссе на тему "Я житель средневекового Турку".

Из записок древнего новгородца, поселившегося в средневековом Турку…

В гостях у Карла Фацера

Удастся ли поднять сокровища с «Фрау Марии»?

Mikä Suomi oikein on? Или, что такое Финляндия…

Волшебная зима

В поисках утраченного времени

На языке эльфов

Таинство утилизации

Закон Линуса, или подарок великого романтика

Память, потонувшая в мифах

Человек, который видел Йолупукки

Сокровища «Фрау Марии»

Обитель царственных особ

По эту сторону границы

Карельский перешеек-столкновение интересов

Чудеса в... ботинке

Добро пожаловать в… бочку

"Святая святых" финского дома

Рождество в Финляндии

Оулу - зеленый центр северной Финляндии

Рацио и эмоцио финского ренессанса

Западное побережье: край десяти потоков

В гости к приведениям

Память в финском животе

Счастливые дни в Виролахти

Простая и великая Туве

Финская золушка

Жизнь как колдовство

О рыбах и бобрах

Чужой среди своих

Под музыку великого магистра

Партизаны Суоми

В Финском заливе может появиться остров Талсинки

Свеаборг

Драма времен “казино-экономики”

Финская аура

Тампере - город необычных музеев

Замок в Турку: любовь и кровь

НА ЭТОМ МЕСТЕ МОЖЕТ БЫТЬ ВАША РЕКЛАМА







webcam Расстояния по Финляндии